Мы вернулись

Дневник молодой мамочки Наташи

4.30 утра – последнее ночное кормление. Осторожно укладываю Тимура в кроватку, тот, сладко причмокнув, засыпает. Рядом на кровати посапывают муж и кот.

Итак, у меня 2.5 – 3 часа свободного времени, которые я могу посвятить  только себе. Некоторое время мучаюсь желанием снова забраться в тёплую постель, но в этом случае рискую остаться без завтрака, душа и других утренних ритуалов.

Следующая свободная минутка появится лишь в послеобеденный сон сынишки.

С наслаждением греюсь под тёплым душем, предвкушая чашечку горячего чая с какой-нибудь вкусняшкой. И тут до меня доносятся станные звуки, приоткрываю дверь ванной, выглядываю. На полу кота рвёт украденной из мусорника шкуркой от колбасы. Примечаю для себя место, чтобы потом не вляпаться. Выйду из душа – уберу.

Достаю с полочки любимый скраб, вдыхаю аромат и жмурюсь от наслаждения. В этот момент из-за двери доносятся новые аккорды. Апельсин (так кота зовут) своми рвотными позывами разбудил Тимура.

От плача сынишки проснулся муж. И вот вся эта троица с криком «мамачка, ты где?» вваливается ко мне в ванну. Ладно, домоюсь как-нибудь потом.

Эх, помнится в декретном отпуске я валялась на диване с питательной маской для лица, просушивая наманикюренные ноготки и краем глаза поглядывала на часы, – не пора ли пирог из духовки доставать. Воображала себе, что так будет и дальше, только вместе со мной встречать папу с работы будет сынишка.

И вот Тимурику уже 2 месяца. Слово маникюр осталось отголоском из прошлого, нет, ну ногти я, конечно, подстригаю, чтобы сына не поцарапать, как-то раз даже умудрилась намазать их прозрачным лаком. Но маски, крема, скрабы и прочие милые женскому сердцу баночки и бутылочки грустно поглядывают на меня с полочки, в ожидании чуда и кусочка свободного времени.

Но всё грустное кажется таким пустяшным, когда на милой сыновьей мордашке расплывается беззубая улыбка от уха до уха.

Соску сын не берёт ни в какую, исключение – улица, но и там она держится во рту не более минуты. Во время недавнего похода ко врачу на плановый осмотр-взвешивание, Тимур закатил истерику ещё в коридоре. Попробовали успокоить соской. И о чудо, он её взял, да не просто взял – прижал к ротику обеими ручками и громко зачавкал.

Глядя на эту картину, врач поинтересовалась, кормлю ли я вообще ребёнка. Было стыдно. Очень. Моим оправданиям, что кушал он час назад, не поверили. Предложили уединиться в отдельном кабинете и покормить.

Сын почмокал две минуты, выплюнул грудь и уснул. Короче говоря, выставил маму не в самом лучшем свете. Спасибо тебе, мой хороший, за такую подставу.

Вот такие у нас дела.